↑

Митрополит Павел: «Дедушка был священником. По маминой линии родителей и детей сослали как кулаков»

Белорусский Партизан 2019-01-06 15:00:15
— Как вы встречали этот праздник в детстве?

— Это было так давно, 50-60-е годы… Тогда было сложное время: детей запрещено было водить в храм, тем более по ночам. Для взрослых это тоже не приветствовалось, потому что в то время в нашей стране ждали построения коммунизма, и с Церковью вели очень сильную борьбу.

Кое-что из далекого детства сохранилось в моей памяти. Помню, как за несколько дней до Рождества Христова мама готовила нам постную пищу, а накануне праздника — скоромные рождественские блюда. Мы с папой наряжали елку.
 
В сам день праздника мама приходила утром с ночной службы, пела тропарь и кондак. На улице еще темно было, но мы уже садились за стол.

— Сейчас на Рождество у себя дома вы ставите елку?

— Дома елку не ставлю. Откровенно говоря, у меня просто не хватает на это времени. Да это и не главное. Но я не осуждаю тех, кто ставит и украшает елки. Это внешний атрибут, который делает праздник Рождества Христова даже внешне каким-то особенным.


— Будем ли мы когда-нибудь жить со странами Запада по одному календарю, чтобы Рождество праздновать в один день?

— Некоторые, рассуждая об этом, говорят, что вот как только мы будем вместе праздновать Рождество Христово, тогда наступит единство. Нет. Это маленькая капля в океане того, что нужно сделать, чтобы быть вместе.

По поводу календаря можно много дискутировать, но я всегда вспоминаю одного из наших профессоров Московской духовной академии Алексея Ивановича Георгиевского, который занимался этим вопросом и входил в состав официальной делегации от Русской православной церкви по календарному вопросу. Мы у него тоже спрашивали, перейдем ли когда-нибудь на новый стиль или останемся навсегда на старом.

Он умудренный был человек и говорил: «Друзья мои, вы же понимаете, что и старый календарь несовершенный, и новый тоже несовершенный. Какой же смысл нам сегодня с одного несовершенного переходить на другой несовершенный? Давайте дождемся, когда будет новый, совершенный календарь, вот тогда и будем ставить вопрос о переходе на него».

Хочу сказать, что старый стиль нам удобен, потому что у нас весь богослужебный цикл построен на этом календаре. Он древний, и сегодня не думается, что многие, кто обращает внимание на природу, могут заметить, что даже она в плане погоды как-то больше связана со старым ем.

Другая сторона этого вопроса сегодня наиболее важна, и ее следует учитывать. Если сейчас, не дай Бог, Русская православная церковь перейдет на новый стиль, то это повлечет за собой новый календарный раскол. Нам это нужно? Нет.

Сегодня календарный вопрос непринципиален. А если бы люди всей Земли действительно после перехода на новый стиль все сразу пришли в церковь или вернулись к вере, тогда надо было бы подумать. Хочу сказать: кто вчера не хотел ходить в храм, тот и завтра не будет ходить, а мотив для осуждения Церкви будет у всех, кто ищет для этого любой повод.

— Вы родились в Караганде, а это Казахстан. В этой стране даже по сегодняшним данным 70% населения — мусульмане. Как в вашем детстве там воспринимали православных?

— Даже в трудные годы гонений на Церковь с казахами у нас не было проблем. Мусульмане и христиане жили в мире и согласии. В Казахстан ссылали верующих людей, и как раз мусульмане сострадали христианам, помогали кто как мог, приносили еду, облегчали их страдания.

Помню, как однажды, примерно в 1969-м или 1970-м году, ехал в автобусе, а по улице шел священник в рясе. И кто-то из русскоязычных начал смеяться, показывать пальцем и говорить: «Поп идет». А маленький мальчик-казах спросил у мамы, кто это. Она говорит ему с уважением: «Это мулла идет». Сказала это без смеха и сарказма.

У меня и сейчас в Казахстане остались родственники, знакомые и друзья, с некоторыми сохранились самые добрые отношения.

— Вы говорили, что вместе с семьей в детстве ставили елку. Расскажите, пожалуйста, о своей семье. У вас она большая?

— Мама и папа у меня из ссыльных. Оба уже покойные. Папу вместе с родителями сослали в Казахстан, потому что мой дедушка был священником. По маминой линии родителей и детей сослали как кулаков. Хотя жили они скромно: было у них две лошади и две коровы, дом построили. Дедушка и все домашние трудились очень усердно. Мамина семья из Сызрани. Семья папы проживала на Кавказе.

В нашей семье родилось десять детей. В тяжелые, голодные годы четверо умерли — нас осталось шесть человек. Слава Богу, пока все живы. Правда, все уже пенсионеры, много лет назад переехали во Владимир и там живут.


Иллюстрация: Белорусский Партизан

Похожие новости


Последние новости недели